Юрий Трушкин: «Надеюсь, мы когда-нибудь придем к внутренней свободе»

09 ноября 2014

Во время беседы с дизайнером Юрием Федоровичем Трушкиным меня все время не покидало ощущение, что этот человек – из разряда везунчиков, которые успевают прожить не одну, как все мы, смертные, а сразу две, три или даже четыре жизни. Посудите сами: учился на инженера-механика, окончил при этом нефтяной институт, делал мебель и строил свой бизнес, поработал в Грозном на заводе по автоспецоборудованию, а потом был музыкантом – играл на соло-гитаре… А в самом западном регионе России его знают и почитают как основоположника калининградского дизайна, дважды взявшего российский национальный приз в области дизайна «ВИКТОРИЯ». При этом отметивший в этом году свой 65-летний юбилей (с чем мы его искренне поздравляем!) мэтр бодр, свеж, обожает хард-рок, ездит по рок-фестивалям и концертам, при этом параллельно работает и утверждает, что все еще не перестал учиться. Не правда ли, интересный собеседник нам достался?

«СтройИнтерьер» («СИ»): – Юрий Федорович, как бы пафосно ни звучал мой вопрос, но не задать его не могу. Вы стояли у истоков калининградского дизайна – какой он был тогда? И что изменилось?

Юрий Трушкин (Ю. Т.): – Когда я приехал в 90-х годах в Калининград, о дизайне речи и не шло – здесь, как и везде в стране, царила разруха. Каждый жил и крутился как мог. Лично мне пришлось зарабатывать на жизнь по-разному, как и всем. Хотя на тот момент за моими плечами уже числился серьезный опыт работы в мебельной отрасли. В моем родном Грозном у меня были деревообрабатывающий цех и цех по изготовлению мебели из ДСП. И уже тогда – пока больше интуитивно – мы пробовали создавать интерьеры. В Калининграде же мне год пришлось доказывать, что я хорош, но при этом помнить, кто я на самом деле. В итоге мои же друзья меня и кредитовали. Я тут же отправился к своим партнерам в Эстонию, закупил материалы, собрал свою команду из Грозного и начал пробовать выпускать кухни на базе одного из училищ Калининграда. Мы набрали здесь людей, обучили их и так потихоньку стали продвигать свою продукцию. В 1998 году я пришел к тому, чтобы объединить возможности своего мебельного производства с дизайном, и с тех пор это стало моей профессией.

 «СИ»: – И что хотели видеть в своих домах ваши первые клиенты?

Ю. Т.: – Конечно, на тот момент люди слабо разбирались в дизайне. Доходило до смешного. «Хочу интерьер в классическом стиле, и только в классике!» – заявлял мне клиент, а объяснить, что именно он имеет в виду под этим обозначением, не мог. Я открывал книги по искусству, показывал заказчику основные черты того или иного классического стиля, объяснял, чем барокко отличается от рококо, а готика – от романского стиля, а самое главное – обозначал, во сколько заказчику обойдется его желание. Услышав про натуральные материалы и прикинув в уме их ценник, человек уже не так настаивал на строгом соответствии стилю. Но это было в те времена…

 «СИ»: – Сегодня ситуация с грамотностью изменилась в лучшую сторону?

Ю. Т.: – Конечно, благодаря Интернету и возможности путешествовать калининградцы стали знать больше. Но у этой информированности есть и оборотная сторона. Теперь у клиентов в голове каша. Сегодня они увидели в Интернете одно – им понравилось, завтра увидели другое, еще более красивое – настроение изменилось, потом люди едут на отдых – и видят другой интерьер. Я специально прошу заказчиков не приходить с пачками журналов и фотографий. Не тратьте на все это деньги и время! Раз вы пришли к профессионалу, так доверьтесь ему! Знаете, как говорят музыканты, когда клиент просит сыграть какую-то песню? «Напой! – говорят они ему. – Напой, а мы слабаем!» Тут то же самое: моя задача как профессионала – уловить мотив, а дальше мы слабаем!

 «СИ»: – Ну в стилях-то люди стали разбираться?

Ю. Т.: – Со стилями вообще беда. Съездили заказчики в Италию или Испанию и теперь хотят средиземноморский стиль. Что это за стиль, объясните мне? Италия, Испания, Черногория, Болгария, Турция – все эти страны имеют отношение к Средиземноморью. Так вам в какой именно стилистике интерьер нужен? К тому же надо учитывать, что интерьеры этих стран приспособлены к определенной географии. Светлый камень в основе, а дальше природа доделывает все остальное. Уместен ли такой подход у нас, в пасмурных буднях? Навряд ли. То же самое касается всех искусственных «состаренностей». Если у вас есть коллекция вещей, собранных с чувством, толком и пониманием на европейских блошиных рынках, если вам по душе антиквариат и вы готовы жить в таком интерьере, то можно творить в стилистике популярного сегодня шебби шика. Если нет, то к чему его искусственно создавать? Существует неразбериха с другими новомодными веяниями: минимализм, хай-тек, прованс… Это не стили! Последним придуманным стилем по классической трактовке является ар-деко. Все остальное – прибаутки, «барабаны Страдивари», как я это называю, вариации на заданную тему. Вот с какой кашей в голове клиента приходится сейчас бороться. Раньше не знали – сегодня знают очень много. В итоге часто приходится просто включать свой житейский опыт и беседовать с клиентом, объяснять, переубеждать.

 «СИ»: – Но вы уже наверняка определили для себя, с каким клиентом вам интересно работать?

Ю. Т.: – Сегодня для меня заказчики четко делятся на две большие группы: молодежь, для которых интерьер – это повод похвастаться перед друзьями, собрать шумную компанию, и люди состоявшиеся, которые делают интерьер для себя, а не напоказ. Я больше люблю работать со второй группой клиентов. Они уже определились со своими вкусами и не стремятся экономить. Здесь уже чувствуется другой уровень: и во вкусе (конечно же, предпочтение классическим стилям), и в отделочных материалах. С такими людьми очень приятно работать – они дают мне возможность себя реализовать, а я в свою очередь воплощаю в жизнь их мечты и идеи. Вот такое обоюдовыгодное сотрудничество.

 «СИ»: – А с кем работать точно не будете?

Ю. Т.: – Не люблю работать (и не работаю!) с людьми, которые не дают себе труда понять свои предпочтения. Когда ты разрабатываешь пять, десять вариантов, а человек недовольно отодвигает все. Нет, для меня такой отрицательный результат – это хорошо. Я понимаю, что мое видение не совпадает с мнением заказчика. И это прекрасно – значит, ты сможешь узнать что-то новое от человека, разгадать его. Но когда явно сквозит душевная лень… Понимаете, дизайн – это всегда совместное творчество с клиентом. Не устаю повторять заказчику: «Поймите, мы с вами делаем интерьер, а это значит, что должны с вами стать на какое-то время очень близкими людьми. Тут важны каждый гвоздь, каждая мелочь, я уйду – а вам тут жить». Процитирую своего любимого дизайнера Марио Буатта: «Моя задача – отразить вкусы заказчика. Интерьер должен быть не только красочным и комфортным, но и передавать стиль жизни людей, обитающих в нем». Но угадывать желания, которых нет, ловить мелодию, которой нет, – увольте!

 «СИ»: – Юрий Федорович, да вы просто психолог!

Ю. Т.: – Вы знаете, в основе дизайна вообще лежит одна сплошная психология – и она, как бы сказать, такая житейская. Это знание и понимание жизни, это опыт, который позволяет тебе советовать другим. Вот этот разброс профессий, которыми я владел, приехав в Калининград, помог мне понимать, как сделать правильно, как будет лучше. А дальше – постоянное самообучение. Цветовые сочетания, законы композиции, основные стили, рынок материалов, новые веяния и психология, психология, психология. Я постоянно учусь – даже сейчас.

 «СИ»: – А дизайну можно научиться?

Ю. Т.: – Научиться можно всему – профессионалом стать сложно. Это надо любить. То, что я прожил такую кучу жизней, мне очень помогло. А сейчас… Помните, один человек говорил про кухарку, которая может управлять государством? Вот сейчас такая же ситуация с дизайном в Калининграде. Все в нем разбираются. Не успел студент окончить вуз – он уже дизайнер. Все-таки занятие дизайном требует определенного жизненного опыта. Лично я задаю своему клиенту огромное количество вопросов: левша-правша, есть ли домашние животные, какие, кто из родственников когда любит приезжать? Я всегда говорю, что каждый интерьер должен делаться под конкретного человека, чтобы все у него было под рукой, но при этом не урезалось пространство.

 «СИ»: – Юрий Федорович, вы в рамках Калининградского отделения Союза дизайнеров выносите проблему обучения?

Ю. Т.: – Сегодня в среде калининградских дизайнеров наблюдается разнобой. Нет содружества. Много молодых – каждый год наши учебные заведения выпускают целую когорту самостоятельных и самоуверенных творцов, которые сразу бросаются творить. В этом круговороте очень сложно ориентироваться, а тем более что-то обсуждать и решать. Калининградское отделение Союза дизайнеров пытается вести свою деятельность, но результаты очень скромные, отчасти в результате слабого финансирования. Наше региональное министерство культуры вообще не считает дизайн частью культуры. По крайней мере абсолютно не интересуется тем, что происходит в нашем калининградском сообществе. Нет сплоченности – ни под эгидой министерства, ни под эгидой главного архитектора. Очень жаль.

 «СИ»: – А вы вообще наблюдаете сегодня в калининградском дизайнерском сообществе самостоятельную мысль? Или все-таки это по-прежнему больше декораторство и украшательство, не особо наполненные идеей?

Ю. Т.: – Хороший вопрос… Знаете, если по-честному, то все-таки российские дизайнеры (в том числе и я) занимаемся немножечко больше декораторством, чем дизайном. Есть люди, которые имеют возможность и талант придумывать что-то очень новое, но их единицы. А в основном мы подгоняем наши знания под определенный стандарт. Здесь у нас наблюдается очень большая разница с Западом.

 «СИ»: – А в чем она заключается?

Ю. Т.: – У нас абсолютно разный менталитет. Русские консервативны и, так сказать, любят выхолощенные, вылизанные интерьеры, где все «как надо». Я даже в себе иногда это замечаю. Вот был на объекте у одного знакомого итальянского дизайнера, увидел, что у него на потолке лопнула деревянная балка. Спрашиваю: «Как так? Поменяй!» – «Ты что! – кричит мне он. – В этом же самый смысл, вся прелесть! Дерево умерло, а все равно продолжает жить в интерьере!» Вы такое у нас себе можете представить? Чтобы человек заплатил деньги за роскошный ремонт и у него на потолке – треснувшая балка?! Немедленно заменить, исправить, выхолостить! Чувствуете разницу? Только на Западе могла возникнуть стилистика лофт – эта находка для молодого дизайнера. Да какого дизайнера? Там люди не боятся делать интерьер сами, исходя из практичности и какой-то самобытности, что ли. Сами красят стены, найдут обои за пять евро, поклеят на свой вкус кусками, откопают забавную мебель – и получается интерьер. И, знаете, неплохой даже, с «вкуснятиной», как я это называю. А у нашего клиента все должно быть прилизано, основательно, по правилам. А это убивает жизнь. Надеюсь, что мы когда-нибудь придем к такой вот внутренней свободе.

 Досье

Трушкин Юрий Федорович

Родился 6 августа 1949 г. в г. Грозном.

В период 1956-1967 гг. учился в школе № 1 г. Грозного.

В период 1967-1972 гг. обучался в ГГНИ им. М. Д. Миллионщикова на нефтемеханическом факультете.

В 1991 году переехал в г. Калининград и основал фирму LAUT.

В 1998 году основал фирму «АРТ-ДИЗАЙН-ЦЕНТР».

Работу дизайн-студии можно посмотреть на следующих объектах: РК «Планета», игровая сеть «Дон Кихот», клуб «Ольштын», ресторан «Волна» (г. Светлогорск) и др.

Дважды был удостоен российского национального приза в области дизайна «ВИКТОРИЯ» (2005, 2007 гг.), первый в Калининграде обладатель Почетного знака Союза дизайнеров России «За заслуги в развитии дизайна» (2010 г.).

Сфера интересов в области дизайна: частные интерьеры, офисы, магазины, гостевые дома, кафе, рестораны.

Хобби: музыка, путешествия.