Копылов Олег Вадимович

Копылов Олег Вадимович

«Что мешает нашему городу стать удобным для жизни?» – такой наивный на первый взгляд вопрос мы задали неслучайно. В минувшее лето Калининград принял много мероприятий международного уровня: семинар по подготовке к чемпионату мира по футболу, несколько международных фестивалей… Открытие безвизового движения с Польшей также сказывается на репутации города: мы медленно, но верно становимся ближе к Европе. Но насколько мы готовы к этому? Насколько наш собственный город комфортен для нас самих? В преддверии Всемирного дня архитектора «СтройИнтерьер» продолжает цикл бесед на эту тему с калининградскими архитекторами. В этот раз на наши вопросы ответил один из ведущих архитекторов города Олег Копылов.

«СтройИнтерьер» («СИ»): – Олег Вадимович, начнем с главного: что мешает нам построить удобный для жизни город?
Олег Копылов (О. К.): – Знаете, перечислять «местечковые» причины можно бесконечно – и все равно мы не найдем основной источник проблем. Я бы выделил несколько общероссийских причин. Ведь такая же картина застоя (или, как принято ее сейчас называть, «стабильности»), как в Калининграде, сегодня наблюдается во всех небольших городах России – в Воронеже, Перми, Пскове. Помимо страшной коррупции, которая царит на всех уровнях власти в нашей стране, у нас действуют неприемлемые законы. В частности, набивший уже всем оскомину ФЗ-94 о тендерах, якобы предназначенный для борьбы с этой самой коррупцией. Сегодня – и это не секрет – конкурсы выигрывают компании, которые не только в разы занижают реальную стоимость работ, они только после выигранного тендера показывают сам проект! И то– избранным! А потом мы удивляемся, что появляются долгострои в виде того же театра «Опера ветра» в Светлогорске.
Второй момент: как можно ставить человека искусства, будь то поэт, музыкант, художник или архитектор, в условия торгов? Опытные талантливые мастера просто не будут участвовать в подобной клоунаде. Поэтому и появляются эти безликие коробки, которыми застроен весь Калининград. Над внешним обликом большинства из них поработали обычные инженеры-проектировщики компаний, умудрившихся выиграть тендер.

«СИ»: – Что могло бы стать альтернативой системе тендеров?
О. К.: – Система конкурсов. Чтобы сначала объявлялся конкурс на творческий проект, а не тендер на строительство. Тогда бы архитекторы смогли продемонстрировать свой опыт, свой талант, свои идеи. Цена в этом случае играет третьестепенную роль. Именно так делается во всех странах мира. Об этой альтернативе говорят с момента принятия закона – с 2005 года. Союз архитекторов в Москве постоянно выходит с предложениями к правительству, чтобы ввести наконец нормальную человеческую систему конкурсов. Но архитектурное сообщество не слышит…

«СИ»: – Почему?
О. К.: – А вот это третья причина, как я считаю. И, наверное, она основная. У нас большая проблема с патриотизмом, в том числе уже конкретно в нашем регионе – несмотря на то, что и областью, и городом руководят местные люди. Люди имеют собственность за границей, живут и отдыхают за границей, видят, как там хорошо, но не хотят или не могут, чтобы здесь было так же, и находят для этого массу предлогов.

«СИ»: – Например?
О. К.: – Примеров много. Один из них – попытка построить музыкальный театр в Калининграде. Это был отличный повод сделать архитектурный объект, который повлиял бы на всю жизнь города и сделал бы его известным всей Европе. Вспомните испанский город Бильбао. 15 лет назад в этом небольшом городке построили музейный комплекс в стиле деконструктивизма, филиал музея современного искусства Соломона Гуггенхайма. В итоге никому не известный городок стал одним из европейских культурных центров. Здесь даже снимали один из фильмов «бондианы» (а голливудские продюсеры очень тщательно выбирают места съемок легендарной серии! «Засветиться» в проектах подобного уровня удается не каждому городу). Поэтому, когда мы встречались с Георгием Боосом, мы говорили о возможности построить в Калининграде что-то подобное, выходящее за общепринятые рамки. Но в итоге результаты конкурса сошли на нет, деньги растрачены, результата никакого…

«СИ»: – А что принципиально нарушено в градостроительной политике Калининграда?
О. К.: – У нас очень странные регламенты на строительство, созданные питерскими архитекторами. Во-первых, практически везде прописана пяти-шестиэтажная высотность зданий. Но запрет высотного строительства без всякого на то основания душит развитие города! Конечно, нельзя строить в некоторых районах, например на улице Кутузова, в зоне площади Победы, рядом с Верхним и Нижним озерами. Это было бы вопиющим нарушением всех архитектурных правил. Но окраины? Ленинградский, Балтийский районы – почему нет? Современный широкий Московский проспект приемлет еще несколько высотных объектов. В свое время хорошую идею подал Александр Башин: возвести по периметру города, по первому транспортному кольцу такую своеобразную корону из высоток. Смотрите: начало улицы Дзержинского (возле администрации Октябрьского района), на Калининском проспекте, территория за ж/д вокзалом, начало Гвардейского проспекта… Тот же самый Дом Советов необходимо дополнить несколькими высотными зданиями и сформировать наконец современный культурный деловой центр.

«СИ»: – Но это подразумевает точечную застройку города…
О. К.: – Я уверен, что такой метод строительства – прогрессивный и уместный. Все города мира застраивались чаще всего точечно – Париж, Нью-Йорк. И это неизбежно! Сносится старый дом – образуется пустырь. Здесь есть одно но – регламенты! Они должны быть строгими, четкими и понятными, а не доходящими до абсурда! Так, у нас одна и та же территория может попасть в совершенно разные охраняемые зоны: казалось бы, место идеально для застройки, но согласно одному из регламентов оно попадает в зону исторически охраняемых территорий. А памятников истории и рядом не стояло! В итоге пустырь простаивает. Грамотная ревизия регламентов необходима!

«СИ»: – Вы упомянули про Дом Советов: каким вы видите его будущее?
О. К.: – Его следует сохранить, просто снять тяжелые старые стены, оставить каркас и навесить легкий фасад из стекла и алюминия. А рядом с ним в любом случае рано или поздно надо будет построить два-три высотных здания. Называйте это «сердцем города», «сити», но там нужны такие объекты. Здесь можно будет разместить отель, театр, выставочные залы. В подиуме получаются три подземных этажа. Можно разом решить транспортные проблемы этого участка путем прокалывания этого откоса и создания выездов на Нижнее озеро. В итоге получится хороший современный деловой и культурный центр, который задаст ритм остальному архитектурному пространству.
Что касается восстановления замка, я много раз высказывался на эту тему, но повторюсь – это смешная идея. Ради чего восстанавливать сомнительный по своей архитектурной ценности объект? Каково будет его назначение? Зачем тратить на это миллиарды? Думаю, что даже сами немцы не стали бы восстанавливать этот полностью разрушенный объект. Так что не надо быть большими немцами, чем сами немцы.

«СИ»: – Мы же хотим сохранить исторический облик города…
О. К.: – Да где вы его нашли?! Город был уничтожен во время войны на 90 процентов! Нет у современного Калининграда того исторического центра, что был в Кенигсберге! И исторических фасадов острова Кнайпхоф тоже нет. Забудьте вы об этом! Мы живем в другом городе, в другом времени. У нас есть инициативная группа архитекторов, которая страшно любит тот книжный открыточный Кенигсберг и играет в эту игру: «Давайте застраивать поквартально, как застраивался старый Кенигсберг, давайте выдерживать высотность зданий». Такая методика была бы уместна, если бы у нас стояли кварталы той старой красивой немецкой архитектуры. А поскольку ее нет, то не стоит апеллировать этими понятиями. Нет, я не предлагаю сносить сохранившиеся памятники архитектуры. Город может стать многослойным в плане истории архитектуры, только тогда он будет интересен для жителей и туристов. В целом же наш город – уникальный пример градостроительства, где, как с чистого листа, можно начинать строить все заново, учитывая опыт европейских городов.

«СИ»: – К слову, о европейцах. Как вы оценили идею посетившего нас архитектора из Копенгагена пересадить всех на велосипеды и вытеснить машины из центра?
О. К.: – К зарубежным специалистам надо прислушиваться. У нас, живущих здесь, «замылился» взгляд. Мы привыкаем к каким-то неудобствам, не видим облупившихся фасадов, для нас это милая старина. У иностранных специалистов нет каких-то особых сильных чувств к городу. Они приезжают и смотрят на все трезвым взглядом и свой опыт сюда предлагают перенести не зря – это позволяет нам оттолкнуться от привычных решений. К примеру, сегодня у нас не согласуешь ни один объект, пока не нарисуешь там парковку на 100-200 мест. Но поймите: в современном городе это, в принципе, невозможно сделать! Так что изгонять машины из центра необходимо. В Лондоне в центре города возвели несколько небоскребов, работать в которых будут порядка четырех тысяч служащих. Но там – согласно указу мэра! – вовсе не предусмотрен паркинг! Чтобы все эти четыре тысячи служащих не приехали на своих машинах на работу. Надо перенимать такой опыт. Но! Делать это постепенно, не драконовскими мерами. Запретить и не предложить другого варианта – это не выход. У нас на Ленинском проспекте повесили запрещающие знаки, а машины по-прежнему паркуют. А куда еще поставить машину автовладельцу? Так почему же нельзя забрать часть тротуара (на Ленинском они достаточно широкие) и часть полосы (у нас там четыре полосы движения) и сделать разметку под парковки? При этом продолжая работать над постепенным вытеснением машин из центра? О людях в любом случае надо думать.

«СИ»: – Олег Вадимович, не могу обойти вниманием следующее сообщение. В сентябре стало известно, что венчать колонну на площади Победы будет орден Победы. Вы как автор проекта как относитесь к этому решению?
О. К.: – Все эти попытки увенчать колонну орденом смешны и противоречат основным принципам архитектуры. Есть ордерная система, придуманная греками четыре тысячи лет назад. Идеально просчитанная, выверенная, совершенная. Согласно ей венчать любую колонну должна вертикальная фигура. Колонна на площади Победы создавалась согласно этой ордерной системе, и скульптура, которая должна ее увенчать, была утверждена еще на совете по культуре, собиравшемся специально по этому поводу, – это ангел Победы. Это не обидит ни представителей религиозных общин, ни наших ветеранов. К тому же на пьедестале мы и так отобразили ордена всех эпох, и тема Великой Отечественной войны здесь доминирующая. Ставить дополнительный орден на колонне глупо. Вообще, решать такие вопросы должны профессионалы, иначе мы будем выглядеть смешно. Если эта идея будет реализована, ее инициаторов ждет судебное разбирательство, которое инициирую я как автор проекта.

«СИ»: – Олег Вадимович, а какая у вас мечта?
О. К.: – Давно предлагаю построить в городе музей классического искусства, музей копий. По примеру Музея искусств А. С. Пушкина в Москве, где живопись – оригиналы, а скульптура – копии. Мы то же самое можем сделать с живописью, чтобы наши дети смогли воочию увидеть полотна великих мастеров и были окружены культурой.