Строители
Сивкова Светлана Геннадьевна
Светлана Сивкова: «Я уже считаю себя строителем!»
Текст: Надежда Абрамова
Фото: Роман Пучко
Традиционно август проходит для «СИ» под знаком Дня строителя. Но общая тематика этого номера получилась очень водной. А кто, как не Светлана Сивкова, так органично сочетает в себе две эти трудноуправляемые стихии? Да и две ли? Руководитель одного из ведущих музейных комплексов города, знаток корабельного дела, активный общественный и культурный деятель, а теперь уже застройщик одного из будущих символов Калининграда – вопросов к Светлане Геннадьевне было немало. И мы благодарим нашу собеседницу за откровенность.
«СИ»: – Светлана Геннадьевна, в преддверии Дня строителя мы не можем не расспросить вас про идущую на территории Музея Мирового океана стройку. В принципе, вас тоже можно поздравить с профессиональным праздником?
Светлана Сивкова (С. С.): – Да, я уже считаю себя строителем. За плечами реконструкция Королевских и Фридрихсбургских ворот. Впереди строительство нового – главного – корпуса музея. Меня сейчас часто спрашивают: «Что ты, неугомонная, опять строишь?» Отвечу. Сейчас у нас идет особенная стройка – мы строим свой дом. То, что музей имеет сегодня, – лишь первая очередь комплекса. Она так и называется – «Мировой океан. Прикосновение». А так у Музея никогда не было своего настоящего просторного дома. Мы рассказывали о Мировом океане фрагментарно, по чуть-чуть – насколько позволяло пространство. И нам нужен был свой дом. Мы боролись за продолжение стройки, стремясь попасть в федеральную адресную культурную программу «Культура России». Реальными это стало лишь в 2011 году. И сегодня у нас будут застраиваться сразу три площадки. Первая – под названием «Куб» – продолжит существующий ныне корпус. Здесь появится административное здание с открытым фондохранилищем. Мы создаем в нем экспозицию «Глубина» с демонстрацией глубоководных обитаемых аппаратов, морской техники и оборудования. Вторая площадка – это наша знаменитая «Планета Океан», которую уже прозвали «Шаром». И третий объект (небольшой, но очень знаковый для нас) – это здание военно-морского центра, наша своеобразная военно-морская гавань.
«СИ»: – С какими проблемами вам пришлось столкнуться уже в качестве строителя?
С. С.: – В нашем случае самая большая проблема – это сжатые сроки. Федеральные средства надо успеть освоить в течение года. В этом году нам предстояло быстро выбрать всех главных действующих лиц стройки. Мы сумели это сделать – сейчас у нас есть подрядчик, технический заказчик, авторский надзор (к слову, его ведет фирма «ВиПС», которая делала проект реконструкции Мариинского театра). В такие же жесткие сроки придется и строить. За год планируем завершить строительство фондохранилища и военно-морского центра. Срок сдачи «Планеты Океан» – середина 2016 года.
Вторая большая сложность — мы строим на территории, на которой живем. Ни один музейный объект не закрывается на период стройки. Музей работает для посетителей.
«СИ»: – Как уже ранее отмечал наш журнал, вы – один из немногих застройщиков в городе, кто провел грамотную археологическую экспертизу.
С. С.: – Мы очень быстро провели этот конкурс. На месте будущего военно-морского центра работы уже завершены, материалы обрабатываются, допуск к строительству есть. Находят интересные объекты и на месте строительства будущего главного корпуса – разнообразные монеты, которые подтверждают, что Кенигсберг был действительно крупным морским портом. Конечно, мне как историку хотелось бы найти что-нибудь значимое, но как строитель я понимаю, насколько это может затянуть сроки и чем это нам грозит.
«СИ»: – Проблема невысокого качества проектирования в Калининграде обсуждается уже даже в кабинете губернатора. Вы столкнулись с этим?
С. С.: – Думаю, ни один строитель вам не скажет, что ему достался проект, не требующий доработок. Наш главный объект – очень сложный. Во-первых, это шар. Во-вторых, со стеклянными фасадами. В-третьих, корпус будет наполнен внутри сложной экспозицией: гигантские аквариумы, системы их жизнеобеспечения… Думаю, сложностей с проектом не избежать. Морально я к этому готова.
«СИ»: – К слову, о фасадах. На одной из встреч ко мне с вопросом обратились немецкие специалисты, которые занимаются производством металлоконструкций. Они были изумлены вашим желанием отделать шар стеклом…
С. С.: – Мы уже видели эти фасады. Это пять тысяч фрагментов, изготовленных из гнутого стекла. В дальнейшем на них будет нанесено изображение нашей планеты – вид из космоса.
«СИ»: – Почему был выбран проект петербургской компании?
С. С.: – У нас был творческий конкурс эскизных проектов, в котором приняли участие очень серьезные архитекторы, в том числе и калининградские. Мне нравились практически все идеи. Единственное, что смущало, – все проекты рассматривали только главный корпус, хотя мы просили рассмотреть набережную в комплексе. Жюри приняло проект Олега Романова, который представил главный корпус музея в виде шара. А при разработке проекта я предложила архитекторам поэкспериментировать с такой формой, как куб. Мне казалось, что на этой территории, очень «грязной» с архитектурной точки зрения, нужно свести воедино разные формы – совершенный, созданный природой шар и способ исчисления воды человеком – куб.
«СИ»: – Получается, что вы со своим смелым проектом выбрали для одной из центральных точек города развитие по пути современной архитектуры…
С. С.: – Без современной архитектуры никак нельзя! Я сама как музейный сотрудник постоянно думаю: что мы оставим своим потомкам? Где наши идеи, где наша архитектура? Уверена, что мы не испортим историческую застройку этой части города и при этом покажем современную архитектуру. А она должна быть, когда мы говорим о Мировом океане. Наши объекты – это не те здания, которые появились за Кафедральным собором или Королевскими воротами и теперь нависают над ними. Я лично обращалась к архитекторам с просьбой сочетать современную застройку и историческую. Так, на улицу все здания нашего музея будут выходить клинкерным фасадом, а уже на реку – современными стеклянными фасадами, пропускающими простор водной глади с силуэтами кораблей.
«СИ»: – А если говорить о Калининграде в целом, то по какому пути он должен идти?
С. С.: – Мы сейчас очень часто говорим о том, что необходимо восстанавливать старое. Не всегда понимаю такое страстное стремление. В прошлом также были ошибки архитекторов. Все должно быть в меру – взвешенно и в сочетании с современной архитектурой. Если говорить о реконструкции… Простите, а что у нас происходит, например, с аптекой на улице Фрунзе? Это исторически ценное здание уникальной архитектуры! Необходимо срочно проводить его реставрацию. Что же мы тогда говорим о восстановлении старого города, хотя его уцелевшие здания стоят в руинах и продолжают разрушаться?!
«СИ»: – В середине лета была представлена историческая справка по проекту «Сердце города». Ее обсуждение проходило за закрытыми дверьми. Расскажите, как ее приняли?
С. С.: – Вы знаете, к этой исторической справке нужно относиться как к исторической справке. В целом был проведен великолепный анализ, правильно представлены значимые для города объекты, которые необходимо сохранить и восстановить. (Вообще, совет по культуре очень долго настаивал на разработке этого документа. Почему-то многие, не разобравшись, что было значимо для города, хотели сразу составлять техническое задание для проведения воркшопа). Может быть, не стоило – и я говорила об этом авторам справки – так активно позиционировать свое мнение, потому что это цитатами пойдет в массы. Так, в принципе, и получилось. Журналисты зацепились за громкие высказывания: закопать Московский проспект, снести эстакаду… Лично я не сторонник разрушать – мы итак очень медленно двигаемся. Давайте вначале с Королевской Горой разберемся – это уже будет великое дело.
«СИ»: – К слову, вы за или против восстановления замка?
С. С.: – У меня есть свое мнение на этот счет. Думаю, достаточно будет восстановить знаковую для Кенигсберга юго-восточную башню и часть стены, где находился Зал московитов. Обязательно возродить кабинет Фридриха и создать музей самого Королевского замка. Все восстанавливать необязательно. В частности, я не раз отмечала, что у нас в городе нет большого профессионального концертного зала. Думаю, что эта территория могла бы подойти для такого строительства. Подвалы замка можно было бы разместить под стеклом и дать возможность туристам рассматривать их прямо из холла этого концертного зала. При этом нужно сохранить Дом Советов. При всей моей нелюбви к нему на фоне того, что сегодня возводят в Калининграде, – это далеко не худший образец архитектуры.
«СИ»: – Часто звучит вопрос, почему Совет по культуре поднимает архитектурные вопросы? Почему это не делает профессиональное сообщество?
С. С.: – Болит душа за родной город. Мне обидно видеть, как вырубают большие зеленые зоны на улице Гагарина, как строят дома впритирку друг к другу, да еще под линиями ЛЭП. И горожане к нам часто приходят с жалобами – речь идет о доме, который строится напротив нашего музея. Я поняла, что бороться трудно и никто особо не хочет этим заниматься, поэтому часто вопросы архитектуры поднимаются на Совете по культуре, который, конечно, создавался с другой целью.
«СИ»: – И какие получаете ответы?
С. С.: – По вопросу о строительстве дома напротив Сергей Викторович Мельников ответил нам, что согласно Градостроительному кодексу город не имеет никаких прав препятствовать строительству и влиять на архитектуру. Но когда мы проводили конкурс на проект музея, член жюри Сергей Владимирович Гнедовский, вице-президент Союза архитекторов, напомнил о возможности создания при городской администрации такого органа, как градостроительный совет, который может и должен давать оценку проектам. И ведь когда-то он играл значимую роль в жизни нашего города. На недавнем Совете по культуре мы просили губернатора и главу Калининграда приостановить строительство хотя бы в центре города и согласовывать проекты застройки с оргкомитетом «Сердце города».
«СИ»: – И?
С. С.: – Надеюсь, ситуация изменится к лучшему. Так, по просьбе музея и мэрии руководство фирмы-застройщика дома напротив музея пошло навстречу и готово согласовать с архитектором города покраску дома. Значит, не так все плохо. Однако порой нас до последнего держат в неведении, а в последний момент говорят, что все подписано и обратного хода нет. Так, например, получилось с орденом Победы на площади. Необходимо было показать проект архитекторам, чтобы оценить, насколько этот орден по своей массе вписывается в площадь и как он соотносится с самой колонной. Это было бы правильное решение.
«СИ»: – Светлана Геннадьевна, этот номер получился у нас очень водным. Не могу не спросить у вас: а как, по-вашему, мы можем развернуть город к воде?
С. С.: – Все просто – нужно, чтобы мосты снова начали разводить, как это происходит во всем остальном мире. Тогда по Преголе начнут ходить катера, яхты, благо сегодня жители области обзаводятся личным водным транспортом. Сейчас река постепенно оживает – у нас зацвели кувшинки, лилии, недавно выловили полутораметрового сома. Преголя ждет нас.